"МАСТЕР И МАРГАРИТА"
Михаил БУЛГАКОВ.
24 июня 1938 года Михаил Булгаков завершил перепечатку романа «Мастер и Маргарита» (по последней рукописной редакции, законченной 22-23 мая).
«Мастер и Маргарита»: чем вдохновлялся
#Булгаков «Фауст» Гете, словарь Брокгауза и Ефрона, биография Иисуса Христа, исследование швейцарского невропатолога — рассказываем, как эти и другие тексты помогли Михаилу Булгакову в работе над великим романом
Михаил Булгаков работал над романом «Мастер и Маргарита» двенадцать лет: с 1928 года и до февраля 1940-го, в несколько этапов, с перерывами и параллельно с другими текстами. Круг читательских и библиографических интересов писателя можно представить благодаря воспоминаниям современников и исследованиям его биографов. Литературу, которой пользовался Булгаков, можно вычислить и по разным редакциям романа, сохранившимся в архиве писателя. Представить весь список литературы, которая могла оказать влияние на Булгакова и его роман, невозможно, поэтому расскажем о некоторых источниках его книги.
Иоганн Вольфганг фон
#Гете. «Фауст»
Роман Булгакова обладает огромным количеством пластов, и фаустианский — едва ли не самый узнаваемый. Аллюзии к «Фаусту» пронизывают весь текст — от эпиграфа, задающего философский вопрос о свете и тьме, до образов персонажей, прямых цитат, пародийных сцен и т. д. В библиотеке писателя было издание 1902 года, вышедшее в Петербурге в переводе и с объяснениями Александра Соколовского. Впрочем, текст Гете он знал благодаря не только книге, но и одноименной опере Шарля Гуно. Сестра писателя Надежда Земская вспоминала, что в Киеве Булгаков видел оперу «Фауст» 41 раз. В разговоре с Мариэттой Чудаковой первая жена писателя Татьяна Николаевна Лаппа вспоминала, что Булгаков «больше всего любил „Фауста“ и чаще всего пел „На земле весь род людской“ и арию Валентина — „Я за сестру тебя молю…“». А вот воспоминание театроведа Виталия Виленкина: «Мне очень понравилась вся обстановка маленькой квартиры: старинная мебель, уютные настольные лампы, раскрытый рояль с „Фаустом“ на пюпитре, цветы». Третья жена писателя Елена Сергеевна рассказывала литературоведу Владимиру Лакшину, как Булгаков «расхаживая по комнате, под впечатлением только что прочитанной газетной статьи, случалось, напевал на мотив „Фауста“: „Он — рецензент… убей его!“».
Эпиграф
…так кто ж ты, наконец?
— Я — часть той силы,
что вечно хочет
зла и вечно совершает благо.
Эпиграф из первой части «Фауста» впервые появился в машинописной редакции 1938 года. Исследователи предполагают, что писатель сам перевел этот фрагмент. В издании 1902 года Мефистофель, объясняя суть своей природы, говорит: «Я часть той тьмы, из которой родился свет… Свет ведь может цепляться только за телесное. Из телесного он происходит, и оно делает его прекрасным. Но телесное же может преграждать ему и дорогу». Судя по всему, эти слова попали в диалог Воланда и Левия Матвея из 29-й главы: «…Что бы делало твое добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени?»
Воланд
Выбирая имя герою, Булгаков рассматривал несколько вариантов: Антессер, Вельяр Вельярович, а в одной из редакций на визитке черного мага написано «доктор Теодор Воланд». Воланд тоже из «Фауста»: в сцене «Вальпургиева ночь» Мефистофель обращается к представителям нечистой силы и требует дать дорогу юнкеру Воланду (junker Voland). И в трагедии Гете, и в романе Булгакова дьявол впервые появляется во время беседы учителя и ученика. Мефистофель в обличье черного пуделя появляется во время прогулки Фауста и Вагнера, Воланд присаживается на скамейку к Берлиозу и Бездомному на Патриарших прудах. Однофамилец главы МАССОЛИТа — композитор Гектор Берлиоз — в 1829 году написал «Восемь сцен из „Фауста“», которые впоследствии были включены в его оперу «Осуждение Фауста».
Черный пудель
У Гете Мефистофель, желая пробраться в дом Фауста, как уже было сказано, принимает облик черного пуделя. В сцене на Патриарших прудах Воланд появляется с тростью с набалдашником в виде головы пуделя, а Маргарита на балу у Сатаны носит «тяжелое в овальной раме изображение пуделя на тяжелой цепи». И наконец, в ранних редакциях романа конца двадцатых годов Иванушка сбегал из психиатрической лечебницы, превратившись в огромного черного пуделя.
Фауст и Маргарита
В сентябре 1933 года в одной из тетрадей с набросками к роману Булгаков запишет: «Встреча поэта с Воландом. Маргарита и Фауст». В тексте еще нет Мастера, но есть герой, которого автор называет поэтом и Фаустом. Потом он станет Мастером, а сравнение с Фаустом останется: «Неужели вы не хотите, подобно Фаусту, сидеть над ретортой в надежде, что вам удастся вылепить нового гомункула?» — спрашивает у него Воланд. Имя Маргариты восходит к Гретхен, возлюбленной Фауста (в западноевропейской традиции «Гретхен» — уменьшительное от «Маргариты»). Обе похожи и самоотверженной любовью, которую испытывают к Мастеру и Фаусту.
Гете и Гуно на балу Сатаны
В ранних редакциях на балу у Сатаны присутствовали и сам Гете, и композитор Шарль Гуно: оба поклонились Маргарите, но колено не поцеловали. Почтенные гости были отмечены особым подарком:
«Перед Маргаритой оказался круглый золотой поднос и на нем два маленьких футляра. Крышки их отпрыгнули, и в футлярах оказалось по золотому лавровому веночку, который можно было носить в петлице как орден».
Александр
#Чаянов. «Венедиктов, или Достопамятные события жизни моей»
Елена Булгакова рассказывала Мариэтте Чудаковой, что книга Александра Владимировича Чаянова, подаренная художницей Наталией Ушаковой, была особенно интересна ее мужу и «несомненно, стимулировала замыслы и сюжетные ходы и „Мастера и Маргариты“, и „Записок покойника“». «С полной уверенностью я говорю, что небольшая повесть эта послужила зарождением замысла, творческим толчком для написания романа „Мастер и Маргарита“», — вспоминала его вторая жена, Любовь Евгеньевна Белозерская.
Повесть рассказывает о пребывании дьявола в Москве в начале XIX века, и главный герой по фамилии Булгаков должен спасти свою возлюбленную, попавшую под влияние нечистой силы.
Исследователи отмечают, что инфернальная тема роднит булгаковский роман и с другими произведениями его современников: «Фанданго» Александра Грина, «Иностранец из 17 №» Овадия Савича, «Возвращение доктора Фауста» Эмилия Миндлина и др.
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
В тетради с материалами к роману Булгаков составил несколько тематических блоков: «О Боге», «О дьяволе», «Иисус Христос» и другие. Разрабатывая эти темы, Булгаков часто использует энциклопедию Брокгауза и Ефрона и делает выписки из статей «Диавол», «Демон», «Понтий Пилат», «Центурион», «Иерусалим». Он также обращается к статьям «Бог» и «Кант» (где представлено несколько доказательств бытия Божия), «Чародейство» (именем Гелла — а так, как мы помним, звали вампиршу из свиты Воланда — на острове Лесбос называли погибших девушек, ставших вампирами) и многим другим («Демонология», «Демономания», «Колдовство», «Сатана», «Шабаш ведьм»). Продумывая образ Маргариты, писатель изучает статью о королеве Маргарите Валуа.
Михаил
#Орлов. «История сношений человека с дьяволом»
Из монографии Орлова Булгаков почерпнул ряд сведений о потусторонней силе (а также о колдунах, ведьмах, обрядах) и различных представлениях о ней. Так, образ кота Бегемота может восходить к одноименному библейскому демону, описанному у Орлова:
«Руки у него были человеческого фасона, а громаднейший живот, коротенький хвостик и толстые задние лапы, как у бегемота, напоминали о носимом им имени».
Булгаковский персонаж «черный, здоровый, как бегемот». Орлов также пишет, что дьявола в человеческом обличье могут выдать руки, похожие на птичьи лапы. Вспомним сестру милосердия из восемнадцатой главы: «Денежки я приберу, — мужским басом сказала сестра, — нечего им тут валяться. — Сгребла птичьей лапой этикетки и стала таять в воздухе». Птичьи лапы промелькнут и в главе «При свечах»: перед балом Маргарита попадает в комнату Воланда и видит там «канделябр с гнездами в виде когтистых птичьих лап». Рассказывая о том, что такое шабаш, Орлов пишет, что одним из атрибутов дьявольской мессы является грязная рубашка: перед балом Воланд одет в «ночную длинную рубашку, грязную и заплатанную на левом плече».
Эрнест
#Ренан. «Жизнь Иисуса»
Работая над образом Иешуа Га-Ноцри, Булгаков изучает литературу по истории христианства: «Иисуса» Анри Барбюса, «Миф о Христе» Артура Древса, «Жизнь Иисуса Христа» Фредерика Фаррара, «Жизнь Иисуса» Давида Штрауса. Среди прочих внимание писателя привлекает книга французского философа и историка религии Эрнеста Ренана «Жизнь Иисуса». В ранних редакциях романа начитанный Берлиоз, беседуя с Бездомным на Патриарших прудах, помимо древних историков Филона Александрийского, Иосифа Флавия и Корнелия Тацита упоминает Ренана.
К Ренану восходит и образ Ершалаимского храма («глыба мрамора с золотою драконовой чешуей вместо крыши»). Булгаков выпишет из его книги: «…гору Мориа и блестящую перспективу террас храма и крыш, покрытых сверкающими чешуйками», «…при восходе солнца священная гора ослепительно сияла и представлялась глыбой снега и золота».
Среди обстоятельств ареста Иисуса Ренан упоминает некую «юридическую западню»: желая предать страже «смутьяна», первосвященники «подговаривают двух свидетелей и прячут их за перегородкой; затем устраивают так, чтобы заманить обвиняемого в комнату по другую сторону перегородки, где слова его могли быть услышаны невидимыми ему свидетелями. Возле него зажигают две свечи для того, чтобы бесспорно констатировать, что свидетели „видели его“». А теперь вспомним сцену ареста Иешуа в булгаковском романе. Философ рассказывает Пилату, что «добрый и любознательный человек» Иуда пригласил его к себе в дом:
— Светильники зажег… — сквозь зубы в тон арестанту проговорил Пилат, и глаза его при этом мерцали.
— Да, — немного удивившись осведомленности прокуратора, продолжал Иешуа, — попросил меня высказать свой взгляд на государственную власть. Его этот вопрос чрезвычайно интересовал.
Демьян
#Бедный. «Новый Завет без изъяна евангелиста Демьяна»
Возможным прототипом молодого поэта Ивана Николаевича Понырева, пишущего под псевдонимом Иван Бездомный, был Ефим Алексеевич Придворов, более известный как Демьян Бедный. В антирелигиозной поэме последнего под названием «Новый Завет без изъяна евангелиста Демьяна» сатирически высмеивались христианские догматы. В послесловии «евангелист» сообщал:
«Я настаиваю, что на основании Евангелий только такой образ Иисуса и может быть дан: лгун, пьяница, бабник и т. д. <…> Ни хорошего, ни плохого бога не было. Выдумка!»
Вспомним первую главу романа Булгакова, в которой Берлиоз требует от Бездомного антирелигиозную поэму, указывающую на то, что Иисуса Христа не существовало. Булгаков упоминает Бедного в своем дневнике, а в архиве сохранились газетные вырезки с упоминаниями о поэте.
Антирелигиозная пропаганда 1920-х годов, вызывавшая у Булгакова резкую неприязнь, вообще повлияла на замысел романа. 5 января 1925 года он записал в дневнике:
«Соль не в кощунстве, хотя оно, конечно, безмерно, если говорить о внешней стороне. Соль в идее, ее можно доказать документально: Иисуса Христа изображают в виде негодяя и мошенника, именно его. <…> Этому преступлению нет цены».
Огюст
#Форель. «Половой вопрос. Естественно-научное, психологическое, гигиеническое и социологическое исследование для образованных»
В тетрадях с материалами к роману Булгаков упоминает книгу швейцарского невропатолога Огюста Фореля, посвященную вопросам семьи и брака, и отмечает две описанные в ней истории: дело Фриды Келлер и дело Кониецко. Рассказывая о патологии женского поведения, Форель в качестве примера рассказывает о 19-летней Фриде Келлер: соблазненная хозяином кафе, она родила мальчика, а спустя пять лет, оказавшись в трудном материальном положении, задушила ребенка шнурком. Другой случай, описанный Форелем, — история 19-летней Кониецко из Силезии, которая умертвила своего новорожденного младенца, засунув ему в рот скомканный платок. Эти два дела из исследования Фореля сольются в историю Фриды, которую Маргарита встретит на балу у Сатаны:
«Она служила в кафе, хозяин как-то ее зазвал в кладовую, а через девять месяцев она родила мальчика, унесла его в лес и засунула ему в рот платок, а потом закопала мальчика в земле».
Маргарита спасет Фриду, использовав одно желание, подаренное ей Воландом после бала, и попросит, чтобы ей перестали класть платок.
Гениальное произведение Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» на протяжении многих лет не даёт покоя другим авторам. Они пытаются представить, как могли развиваться события романа дальше, а то и вовсе переносят героев в другое время и другие обстоятельства. Мы собрали информацию Представляем авторов, которые заявили свои книги, как продолжение бессмертного произведения Михаила Булгакова.
Игорь Аронов, «Невероятное пари, или возвращение Воланда»
Людмила Бояджиева, «Возвращение Мастера и Маргариты»
Виктор Куликов, «Первый из первых, или Дорога с Лысой горы»
Виталий Ручинский, «Возвращение Воланда, или Новая дьяволиада»
Святослав
#Супранюк, «Прыжок в пустоту»
Валерий Иванов-Смоленский, «Последнее искушение дьявола, или Маргарита и Мастер»
Арнольд
#Григорян, «Контрольный визит»
Наверное, это одна из самых редких книг из нашей подборки. Арнольд Григорян, прозаик и сценарист, в 1999 году в издательстве «Профиздат» выпустил сборник «Контрольный визит», открывала который повесть с одноименным названием. Именно она и стала продолжением «Мастера и Маргариты», а действие происходило в 1990-е годы. По мнению читателей, Арнольду Григоряну удалось максимально приблизиться к булгаковскому стилю, а потому книгу рекомендовали к прочтению. Правда, найти её сегодня достаточно сложно, так как выпущена она тиражом всего в 500 экземпляров.
#Библиотекилобня #Булгаков #Чтение #Литература #библиотекамкрнДепо #МастериМаргарита #24июня #БулгаковИсточники: Википедия
«Мастер и Маргарита»: чем вдохновлялся Булгаков
6 книг, авторы которых попытались написать продолжение «Мастера и Маргариты» Булгакова
3:22:4646:43